В художественной культуре 1920—1930-х годов более значительное место занимают живопись и графика. Одним из ведущих мастеров литовской живописи был П. Калпокас, вернувшийся в Литву из Италии в 1921 году. Портреты Калпокаса отмечены чертами драматизма, в них ощутимо стремление художника раскрыть напряженную духовную жизнь модели, полный сомнений, горечи и иронии, кипучей энергии или холодной отчужденности от мира сложный внутренний мир современника — литовского интеллигента 1920—1930-х годов.
В холодной серебристо-голубой и синей красочной гамме выдержан «Портрет Игнаса Шлапяляса» (1924). В некрасивом, с нездоровой желтизной, с воспаленными веками, немолодом лице трогает внутренняя незащищенность человека перед миром, чуть печальная, чуть ироническая нежность, светящаяся в глазах. Выразителен поздний «Автопортрет» (1935). Строгие, выверенные сочетания темно-синего, темно-красного, зеленоватого тонов обретают торжественное созвучие. Слегка возведенные вверх глаза, выражение которых кажется страдальческим, тени под глазами, упрямо и горько сжатые губы — все характеризует образ человека, переживающего нарастающий разлад с окружающим миром.
Очень богато пейзажное творчество Калпокаса, который умел тонко передать своеобразие литовской и итальянской природы, сложную динамику настроений. Он стремился к созданию обобщенных пейзажей, глубоко выражающих дух, образ страны. Пейзаж «Осенью» (1921), созданный в год возвращения Калпокаса на родину, строится на тонкие и гармоничных сочетаниях голубого, сиреневого, золотисто-желтого, светло-зеленого. Весь пейзаж наполнен светом, который льется сквозь тучи и отражается в тихой воде. В итальянских пейзажах 1927—1928 годов, лучшими из которых являются «Лестница в Тиволи», «Вилла д'Эсте», «Дорога в окрестностях Тиволи», привлекает особенная жизнерадостная сила, мажорная звучность. Великолепным голубым каскадом мраморных ступеней разворачивается перед зрителем лестница в Тиволи.
Солнечный свет, пробиваясь сквозь листву, играет на ступенях, словно легкие руки волшебного музыканта касаются клавишей рояля, извлекая радостную, ликующую мелодию. П. Калпокас был наиболее ярким представителем старшего поколения литовских художников, вошедших в историю национальной
В 1920— 1930-х годах работают и А. Жмуйдзинавичюс, 3. Петравичюс, А. Варнас, Й. Мацкявичюс, способствовавшие развитию реалистических традиций в живописи. На творчестве этих художников в большей или меньшей степени сказалась также известная ограниченность буржуазной культуры, склонность к натурализму или стилизации. К кругу живописцев старшего поколения примыкает самобытный художник-самоучка К. Шимонис, который пишет навеянные окружающими мотивами, чуть романтизированные пейзажи («Руины Каунасского замка, застроенные лачугами», 1922 и т. п.), а также создает аллегорические композиции в духе символизма («Король», «Город мелодий», «Камень»), иногда подражая М. К. Чюрленису.
В 1920—1930-е годы выступают художники более молодого поколения, чье творчество до революции едва начинало формироваться и было более подвержено влиянию тех бурных изменений, которые пережила европейская художественная культура после мировой войны.
Из представителей этого поколения наиболее значительный вклад в развитие литовской живописи внесли Ю. Веножинскис, А. Галдикас, а также Й. Шилейка, В. Диджиокас, В. Эйдукявичюс. Старшим среди них был Й. Шилейка. В его пейзажах последовательно проявилась патриотическая концепция. В 1922 году Шилейка пишет картину «Берега Немана около Вилькии», стремясь в широкой панораме (избрана высокая точка зрения) создать величественный обобщенный образ Литвы.
Позднее Шилейка чаще пишет крестьянские усадьбы и скромные городские окраины. Такова его «Зима в Каунасе» (1924). Красочная палитра художника отличается тонкостью и свежестью. Он строит композицию ясно и лаконично, выделяет широкие полосы голубых теней на белом снегу, компактные формы освещенных солнцем домов, высокое прозрачное небо.
Особая роль в истории литовской культуры принадлежит Ю. Веножинскису, большому мастеру живописи, педагогу, теоретику искусства и художественному критику. Жизнь Веножинскиса была наполнена борьбой за подъем демократической художественной культуры страны, приводившей его не раз к конфликтам с бюрократическим аппаратом буржуазного государства, заботой о каунасской художественной школе, в организации которой он проявил исключительный энтузиазм.
Его труд составляет целую эпоху в истории литовской прогрессивной художественной педагогики. В своей деятельности он неуклонно направлял школу на путь реализма, стремился к возрождению в профессиональном искусстве традиций литовского народного творчества, к широкому освоению учениками всех достижений мировой художественной культуры.
В пейзажах Веножинскиса, лучшая часть которых создана в 1926—1930 годах, есть своеобразная экспрессия, трепет жизни и обобщенность форм. Буйное царство зеленого цвета на его картинах оттеняют холодные, приглушенные розовые, сиреневые или серебристо-голубые тона. Пейзажные мотивы предельно простые, — это взятые крупным планом, «в упор» кусочек улицы или сада, лесная поляна или полоска берега озера. Веножинскис писал с натуры маленький эскиз, затем, определив в нем мотив пейзажа, тут же прямо с натуры создавал картину.
Работа над ней была близка по характеру к работе над этюдом. В пейзажах привлекает внутренняя взволнованность, звучная цветовая гармония, умение художника в каждом изображении (будь то пышная крона дерева, песчаный откос, забор или человеческая фигура), которое на первый взгляд кажется просто цветовым пятном, выявить пластичность, объем, напряженную упругость форм. Наиболее выразительны в этом отношении полотна «Берег» (1926), «Литовская усадьба» (1927), «В саду», «Деревья на фоне озера», «Песчаное побережье озера Салос» (все— 1928) и «песнь песней» пейзажного творчества Веножинскиса — «Дождливый день», 1928 года, эта живописная поэма пробуждающегося дня, тихого шепота тростника под дождем, нежного соприкосновения зеленой земли с холодной водой.
